Джером К.Джером. Трое на четырех колесах

необходимо приступать прямо к делу. Поэтому Джордж решил оставить мистера N.
в покое, перевернул страницу и задал вопрос из другого "разговора с
сапожником".

- Мне говорили, что вы держите сапоги для продажи.

Нельзя сказать, чтобы это было удачно: среди сапог, окружавших нас со
всех сторон, оно звучало даже дико. Человек положил молоток и впервые
удостоил нас своего взгляда.

- А вы думали, я их для чего держу? Чтобы нюхать? - сказал он глухим,
хриплым голосом. Это был один из тех людей, которых трудно раскачать, но
если уж они разойдутся, то хоть святых выноси.

- А вы думали, я что делаю? - продолжал он. - Собираю их для коллекции?
Вы думали, я держу лавку для поправления своего здоровья? По-вашему, я,
должно быть, влюблен в сапоги, любуюсь ими, и не могу расстаться ни с одной
парой? Вы думали, тут международная выставка сапог? Или историческая
коллекция обуви? - Вы слыхали когда-нибудь, чтобы человек держал лавку и не
продавал сапог? Для красоты они тут, что ли? Вы, верно, думаете, что я
получил приз за глупость, а?

Надо отдать справедливость Джорджу, он выбрал самое подходящее для
ответа.

- Я приду в другой раз, когда у вас будет больший выбор. А до тех пор -
до свидания!

Я всегда говорил, что эти книжки никуда не годятся. В них нет
английского выражения, параллельного немецкому "Behalten Sie Ihr Haar auf",
а между тем оно могло бы быть иногда полезным.

Мы вышли из лавки и поехали дальше. Сапожник, стоя на изукрашенном
сапогами крыльце, провожал нас какими-то замечаниями; мы ничего не слышали,
но проходящие, по-видимому, находили их интересными.

Джордж хотел заехать еще к другому сапожнику и повторить опыт, уверяя,
что ему действительно нужно купить пару туфель; но мы уговорили его отложить
эту покупку до приезда в какой-нибудь иностранный город, где лавочники, без
сомнения, более привычны к подобным разговорам и более любезны. Относительно
шляпы, однако, Джордж остался непоколебим, утверждая, что без нее он не
может путешествовать; поэтому пришлось остановиться у небольшой лавчонки со
шляпами и шапками.

Здесь хозяин оказался совсем в другом роде: это был маленький, живой
человек с умными глазами; он даже умудрился нам помочь. Когда Джордж спросил
его по книжке: "Есть ли у вас шляпы?", он не рассердился, а только
остановился на месте и почесал подбородок.

- Шляпы! - повторил он. - Позвольте мне подумать. Да... да! - Тут по
его лицу пробежала счастливая улыбка уверенности. - У меня действительно
есть шляпы. Только почему вы меня об этом спрашиваете?

Джордж объяснил, что ему нужна дорожная шляпа, причем просил "обратить
усиленное внимание на то, чтобы шляпа была хорошая".

Лицо человека сразу потухло.

- А! Вот уж тут я не могу быть вам полезным - если бы вам понадобилась
плохенькая, скверная шапчонка, годная разве на то, чтобы вытирать окна, я бы
вам предложил самую подходящую; но хороших шляп - нет! Мы их не держим.
Впрочем, подождите минутку! - прибавил он, видя недоумение и разочарование
на выразительной физиономии Джорджа и открывая один из ящиков. - Тут у меня
есть одна шляпа, хотя и не совсем хорошая, но не такая негодная, как весь
мой остальной товар. Вот! Что вы о ней скажете? Можете вы удовлетвориться
такой шляпой?

Джордж одел ее перед зеркалом и, выбрав подходящую фразу из книжки,
сказал:

- Эта шляпа мне достаточно удобна. Но думаете ли вы, что она мне к
лицу?

Человечек отступил на несколько шагов и поглядел на Джорджа орлиным
оком:

- Говоря откровенно - нет!

Затем он повернулся ко мне и Гаррису и прибавил:

- Красота вашего друга очень тонкая - она есть, но ее можно не
заметить. И именно в этой шляпе ее можно не заметить!

Тут Джордж догадался, что пора прекратить эксперимент.

- Все равно, - сказал он, - а то мы опоздаем на поезд. Сколько она
стоит?

- Самая большая цена за эту шляпу четыре шиллинга и шесть пенсов; она и
того не стоит! Прикажете завернуть в желтую или белую бумагу?

Джордж отвечал, что возьмет ее как есть, заплатил деньги и вышел из
лавки. Мы последовали за ним.

На Фенчер-стрит надо было расплатиться с извозчиком; мы сторговались на
пяти шиллингах. Он еще раз отвесил нам изящный поклон и попросил передать
привет австрийскому императору.

Сев в поезд, мы обсудили оба случая и должны были признать, что два
раза провалились с позором. Джордж разозлился и выкинул книгу за окошко.

Наш багаж и велосипеды оказались в целости на пароходе, - и ровно в
полдень, с приливом, мы поплыли вниз по реке, к морю.

Страница 19 из 65 Следующая страница