Юмористические рассказы. Святослав САХАРНОВ. ШЛЯПА ИМПЕРАТОРА

Прикольные картинки
Анимированные GIF-ки
Похабные
Компьютерные
Чернуха !
Эротические
Автомобильные
Новогодние
Спортивные
Запрещённые
Пошлые комиксы
Бивис и Батхед
Садистские стишки
Пошлые загадки
Юмористические рассказы



49. ГЕНИЙ И ЗЛОДЕЙСТВО

Человечество давно интересовал вопрос: "Совместимы ли гений и злодейство?" Может ли преступник создавать прекрасное?

Первыми на практике это проверили чиновники персидского царя Дария.

- Наскальный рельеф в честь вашего триумфа? Чтобы в пол горы и ни снизу ни сверху вражьей руке не дотянуться? Будет сделано... А ну, пригнать сюда полторы тыщи преступников. Каждого привязать на веревку, спустите со скалы. Пускай висят и высекают. Как свое отваял, веревку обрезать, пускай летит вниз. На одних харчах сколько сэкономим!

Рельеф, гигантский, поражающий воображение изваяли. Правда, тут трудно понять, кто были преступниками, да и имя автора затерялось.

В более близкие к нам времена вклад в решение этого вопроса попытался вложить римский император Август. При его дворе мотался поэт Публий Овидий Назон. Это был безусловно выдающийся поэт, но черт его тянул за язык и помимо классических сюжетов он изредка задевал злободневные темы. Так однажды возьми и напиши:

- Жестокая мачеха готовит смертельный яд...

И - бац! - умирают сразу все законные наследники Августа. Остается одна бездетная жена императора. Молва утверждает...

Тут, конечно, поднимается шум. Жена кричит: "Я так это не оставлю! Это что за намеки?" Август говорит: "Опять этот поэтишка! Прямой какой-то государственный преступник. Сошлем-ка его подальше к диким готам. Посмотрим, сможет ли он там писать свои коварные стихи?”

И грузят поэта на корабль и увозят к чертовой матери на самый край римской земли. И там поэт бродит среди черноморских ковылей и овец, бормочет свои чудесные гекзаметры и умирает.

Однако, тут мы должны признаться, что эксперимент поставленный императором тоже не был чистым: какой же Овидий законченный преступник? Тут нам на помощь приходят почти что наши современники - музыкальные критики, которые жили в одно время с композиторами Моцартом и Сальери. "Итак, приступим, - решили они. - Ну с Моцартом все ясно, а вот Сальери: сможет ли он сочинять музыку, если заставить его совершить преступление? Сможет ли он, подлая душа, создавать после этого прекрасные симфонии?”

И они покупают в аптеке яд и подсовывают этот яд Сальери.

- Вы только подумайте, - нашептывают они, - ваш друг Моцарт совсем обнаглел - тридцать вторую симфонию валяет. С пяти лет гаденыш сочиняет. Сколько можно? А такие как Вы - в тени. Вот вам пакетик, щепоточку в рюмку и порядок.

Далее мнения историков расходятся, но по нашему глубокому убеждению Сальери, хотя и завидовал Моцарту и писал не в пример хуже, от такого гнусного предложения наотрез отказался.

- Ну, надо же! Тема горит, - долго сокрушались музыкальные специалисты. - Прямо хоть обоих трави.

На их счастье Моцарт простудился и умер.

И вот тогда они не растерялись: быстренько распространили слух -Моцарт отравлен. Кем? Сальери. И сразу же их научная тема приобрела результат и законченную форму: "Гений и злодейство несовместимы".

Между прочим, музыковеды яд в аптеку так и не вернули.

50. ГАВРИЛА ДЕРЖАВИН

Под хорошее настроение и начитавшись Дидерота, императрица Екатерина велела привести ей поэта. Томила мысль иметь собственного Лафонтена. Привели Гаврилу Державина.

- Говорят, ты, сударь, зело в версификациях искусен? - милостиво спросила императрица.

Гаврила поклонился.

- Ну, почитай, а мы послушаем.

- Дней бык пег, медленна лет арба, - начал было поэт.

Лицо самодержицы потеряло плезир.

- Мой стих трудом громаду лет прорвет, - стал читать Гаврила другое.

- Их кант нихт ферштеен! И это стихи? - прервала его императрица по-немецки. - Придется тебе, голубчик, ехать обратно в свои Петушки.

Поэт понял: карьера трещит по швам.

- Богоподобная царица киргиз-кайсацкая орда... - начал он, заикаясь. Самодержица расцвела.

- Вот это другое дело! - сказала она. - Граф Панин, определите его ко двору, да припишите деревеньку душ двести.

"Талантлив, шельмец, - подумал граф, затачивая гусиное перо. -Глядишь, и лучшим, талантливейшим поэтом эпохи станет!”

51. МАРАТ И ВЕЛИКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ

Великая Французская революция, как всякая революция, была торжеством Разума и Нравственности.

Для начала вожди революции решили противопоставить разум католическому мракобесию. Для этого артистку Терезу Обри нарядили в белую хламиду, надели ей на голову красную шапочку, а в руки дали копье.

Под радостные клики народа Богиню Разума сперва провели под сводами Собора Парижской богоматери, а затем провезли под звуки пушечных салютов в Конвент. Там депутаты, стоя, приветствовали небожительницу.

- Ну, вот, Богиня ушла, теперь примем несколько очередных решений, -сказали депутаты, рассаживаясь по местам. - Главное - как пополнить казну. Разумно отобрать у церкви имущество. Священников, не подчиняющихся этому решению обезглавливать. Соборы? Соборы изъять... Сколько будет новых складов, тюрем, конюшень!

В конвент Богиню Разума привел прокурор Шометт. Теперь именно он кинулся исполнять решение конвента.

- И что это он так старается? - усомнились депутаты. - Конфискует, расстреливает. Ишь, сколько власти набрал. Сегодня он священников, а завтра нас...

Не долго думая, они отправили прокурора на гильотину.

Разум торжествовал.

А вот среди столпов Нравственности особенно выделялся Друг народа Марат. К нему каждый мог прийти и доложить свое дело.

Девицу Шарлоту Корде Друг народа принял голышом, сидя в ванне.

- Что у тебя за дело? - сурово спросил член Конвента.

- Письмо из провинции. Там заговор, - пролепетала девица. Она была не замужем и впервые видела голого мужчину.

- Подойди поближе!

Дрожа всем телом Шарлота приблизилась.

- Что ты боишься, дурочка? Никогда не видела народного трибуна? -ласково спросил Друг народа.

Он хотел было обнять девицу, но вспомнил про заговор.

“Опять аристократы! - подумал он. - Слишком мы либеральны с ними".

В семье Корде уже были расстреляны отец и два сына.

Когда Марат начал мокрыми руками вскрывать письмо, Шарлота выхватила из-за лифа кинжал и вонзила его в спину великого человека.

Девушку тотчас казнили.

Опечатывая квартиру, где было совершено убийство, хозяин дома сказал: - А ля гер, ком а ля гер! - он был старый солдат и путал обычную, по правилам, войну с революцией.

Кстати, тут удобно сказать несколько слов, как казнили.

Вопрос: кого казнить? - решался в рабочем порядке. Сперва казнили врагов-аристократов, потом - своего брата революционера.

А вот - как?

Выручил скромный доктор из провинции. Мсье Гильотен механизировал топор: лезвие отделил от топорища, привязал к лезвию две веревки, перебросил их через блоки. Рядом он поставил корзину для отрубленных голов.

История бережно сохранила расчет: сколько тонн пороха и тысяч пуль сэкономило это изобретение молодому правительству.

Известна и судьба изобретателя: он пал жертвой собственного остроумия.

Анекдоты
Избранные
Чернуха!
Эротические
Про голубых
Про Вовочку
Про наркоманов
Про Новых Русских
Армейские
Медицинские
Компьютерные
Про чукчу
Про евреев
Про Чапаева
Про Штирлица
Про студентов
Маразмы
Армейские
Эротические
Детские
Компьютерные
С пейджера
Обои для рабочего стола
(Wallpapers)
Девушки
Бритни Спирс
Властелин колец
Matrix
Звёздные войны
Автомобили
Животные
Авиация
Мистические
Космос


© prikol.pp.ru   Prod. Ltd. Inc., 2001-2018, Russia. Contact us. Online since 2001-11-19. Today 22 June 2018. English version.
При использовании материалов с сайта, ссылка на prikol.pp.ru обязательна!