Александр Силаев. Пародии. 666 способов познать Будду

Прикольные картинки
Анимированные GIF-ки
Похабные
Компьютерные
Чернуха !
Эротические
Автомобильные
Новогодние
Спортивные
Запрещённые
Пошлые комиксы
Бивис и Батхед
Садистские стишки
Пошлые загадки
Юмористические рассказы




    Тот с любопытством посмотрел на свои руки: обыкновенные. На левой нет
    мизинца. Отстрелен. Отрезан. Откушен. Нет его. А так нормальные руки.
    - Далеко твой дом?
    - Близко, близко, соколик, - закудахтала оранжевая майка. - Там через
    два квартала налево загнуть, зайти изнутри, потом в самый обоссанный
    подъезд, а на втором этаже будут наши с паскудиной хоромы.
    - Вот оно как, - философски хмыкнул собеседник.
    И они пошли куда глядели их разнокалиберные глаза.
    Глаза глядели на зюйд-вест. Они шли сначала по тротуару, затем по лу-
    жам, затем по жухлой осенней траве, затем по мураве, затем по родимой
    русской земле, затем пересекли улицу в неположенном месте, затем снова
    вышли на тротуар и родимую русскую землю. Навстречу им попадались коляс-
    ки с орущими, сосущими и сопящими малышами, кашляющие старички, молодя-
    щиеся старушки, мужички под мухой, пацаны под дозой, ангелы под кайфом,
    архангел Гавриил под впечатлением, урод под шляпой, милиционеры под дож-
    дем, женщины под сексапильными зонтиками, бандиты за стеклами своих джи-
    пов, продавщицы за стеклами ларьков, гастрономов и супермаркетов, мона-
    хами за завесой святого духа, и Георг Вильгельм Гегель прошмыгнул мимо,
    торопливый, суетящийся, делающий вид, что вовсе не Вильгельм и даже не
    Георг, - но гуманитарно подкованные прохожие все равно узнавали его,
    трясли его за уши, хватали его за бока, наступали ему на пятки и пытливо
    спрашивали, заглядывая в испуганные глазки: "Ну и где, козел, прогресс
    духа в отношении свободы?" Тот пытался отмазаться, говорил, что я не я,
    и хата не моя, моя-то хата всегда с краю, я перед Россией не виноват, и
    перед Германией, и перед Австралией неповинен, я вам о вечном, а вы, ре-
    бята, о пошлом... Э нет, говорили ему эрудированные прохожие. Врешь, не
    уйдешь, говорили ему местные бомжи и бомжата. И сыпали цитатами из Поп-
    пера, Хайека и Мамардашвили. Так и сыпали себе, так и сыпали. "Великая
    страна, великий народ", - шептал Гегель. "Мы тебе не хухры-мухры", - ве-
    сомо подтверждал второклассник, затягиваясь косячком и готовя очередной
    пассаж из Артура Шопенгауэра.
    А наши два героя все шли себе да шли. Они шли мимо раскрасневшихся от
    натуги теток, мимо бледных юношей со смущенным взглядом, мимо эксплуата-
    ции человека человеком, мимо совокупляющихся собак, мимо чьей-то мамы,
    которая мыла раму, и мимо пилорамы, конечно, тоже прошли, а как же не
    пройти? Хоть и была пилорама в десяти верстах и трех саженях, нельзя бы-
    ло мимо не пройти, и не поклониться, и не возложить цветочек в память
    всех невинно распиленных.
    А еще они шли мимо окон. За окнами пели старые и добрые советские
    песни, пили ненашенское мартини, бесславно умирали, гоняли мышей, трави-
    ли тараканов, ловили блох, перелистывали конспекты, добывали философский
    камушек, слюняво пересчитывали грины, плели заговоры против конституци-
    онного строя, счастливо отдавались нежности и тихо закрывали глаза в
    ожидании оргазма, а также проверяли боекомплект, готовясь к серьезному
    толковищу с заезжей братвой. А где-то за окнами доили козу. Но не здесь.
    Здесь был город.
    А они шли мимо архитектурных памятников, которых не охраняли, мимо
    фонарей, на которых никто не висел, мимо революционных матросов, которых
    никто не подсаживал на броневичок и мимо нищих, которые не просили ми-
    лостыню из чувства собственного достоинства. Они шли мимо заляпанных
    грязью такси, мимо красивых лиц и некрасивых кепок, мимо мокрых от дождя
    душ и счастливой поступи, и несчастной любви, и серой карьеры, и мимо
    автомобилей, и один из идущих подумал, что вся наша цивилизация - это
    цивилизация проходящих мимо. Мимо жизни, мимо судьбы, мимо войны, мимо
    радости и страдания, мимо настоящей работы, мимо подлинного действия,
    мимо отчаянного крика, мимо денег и марширующих батальонов, мимо Аустер-
    лица и Ватерлоо, мимо красоты - и виновны в этом только мы сами, и никто
    другой кроме нас, и неча на судьбу пенять, если рожа крива, и на предков
    неча пенять, и на социализм, и на капитализм, а на Сталина тоже неча пе-
    нять, и на жидов, и на учителей-мудаков, и на первую неудачную любовь, и
    на голодное детство, и на отсутствие правильных книжек в этом самом
    детстве и на Че Гевару с Пиночетом тоже несовсем рационально пенять, и
    на эдипов комплекс, а уж на тоталитаризм и коррупцию и подавно, никому
    они не мешают - тоталитаризм и коррупция, короче, нельзя пенять на все,
    на что тут у нас обычно пеняют. Лишь бы не на себя, дурака, лишь не на
    себя, глупого и нечищенного, скверного и запуганного, наивного и бестол-
    кового, скучного и, как ни странно, злобного, путающего любовь и рев-
    ность, зависть и справедливость, порядок и хаос. Лишь не на себя, козла.
    Ты ведь любишь себя, козла. И ненавидишь себя, козла. И не умеешь любить
    и ненавидеть, козел. Отсюда и беда. И неча на предков пенять, и на соци-
    ализм, и на капитализм, и на хрен с редиской.
    Так он подумал - не понять кто. А затем испугался, чего это он такое
    удумал. И страшно ему стало на мгновение. И забыл он все, что мгновение
    назад так ловко подумал. И пошел дальше, забывчивый и нелюдимый.
    - А ты не врешь, бля?
    - Я? Вру? - изумился не в шутку оранжевый мужичонка. - Да меня знаете
    как в детстве за честность лупили? Всю печень отбили, теперь больной хо-
    жу, как алкаш несчастный. А я просто честный. Мне мать всегда говорила:
    ох и честный ты, Сема, хреново тебе в жизни придется. Накаркала ведь за-
    раза, представляете?
    Молодой человек сказал, что он ему верит, он вообще по жизни доверчи-
    вый, а если оранжевый его обманет, он его уе..., не доходя до дома, за-
    шибет, на хер, из "люгера", и поминай как звали.
    Когда зашли во двор, парень на глазок попытался вычислить, а какой из
    этих шести подъездов самый обоссанный? Решил, что скорее всего второй.
    Ан нет. Ошибочка вышла. Пятый.
    - Кто ж его так? - интересовался его величество покупатель, прыгая
    через ступеньки.
    - Мы, жильцы, - с застенчивой гордостью ответил его ничтожество про-
    давец. - Это ж наша общая, едрить ее в душу, территория. Однажды тут бич
    хотел поселиться. Но мы, чтоб нам чужого не гадили, вынесли бичару нога-
    ми вперед, и в сугроб мордой, в сугроб... Ишь чего: чужое нам гадить.
    Вот так-то, молодой человек, едрить его в душу, бичонка-то.
    Они поднялись на площадку. Мужичонка долго возюкался с ключами, хри-
    пел, кряхтел, постанывал, такыя свои железячки в замочную дырку. Замоч-
    ная дырка не поддавалась.
    - Вот хрен, - чуть не плача, жаловался он. - А так легко всегда отк-
    рывалась. А сегодня не хочет. Может, забаррикадировалась?
    - А плохо стараешься, - флегматично заметил небритый. - Забаррикоди-

    Страница 12 из 36 Следующая страница

Анекдоты
Избранные
Чернуха!
Эротические
Про голубых
Про Вовочку
Про наркоманов
Про Новых Русских
Армейские
Медицинские
Компьютерные
Про чукчу
Про евреев
Про Чапаева
Про Штирлица
Про студентов
Маразмы
Армейские
Эротические
Детские
Компьютерные
С пейджера
Обои для рабочего стола
(Wallpapers)
Девушки
Бритни Спирс
Властелин колец
Matrix
Звёздные войны
Автомобили
Животные
Авиация
Мистические
Космос


© prikol.pp.ru   Prod. Ltd. Inc., 2001-2018, Russia. Contact us. Online since 2001-11-19. Today 21 August 2018. English version.
При использовании материалов с сайта, ссылка на prikol.pp.ru обязательна!