Приключения бравого солдата Швейка в русском плену. Карел Ванек.

Прикольные картинки
Анимированные GIF-ки
Похабные
Компьютерные
Чернуха !
Эротические
Автомобильные
Новогодние
Спортивные
Запрещённые
Пошлые комиксы
Бивис и Батхед
Садистские стишки
Пошлые загадки
Юмористические рассказы



    [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] [34] [35] [36] [37] [38] [39] [40] [41] [42] [43] [44] [45] [46] [47] [48] [49] [50] [51] [52] [53] [54] [55] [56] [57] [58] [59] [60] [61] [62] [63] [64] [65] [66] [67] [68] [69] [70] [71] [72] [73] [74] [75] [76] [77] [78] [79] [80] [81] [82] [83] [84] [85] [86] [87] [88] [89] [90] [91] [92] [93] [94] [95] [96] [97] [98] [99] [100] [101] [102] [103] [104] [105] [106] [107] [108] [109] [110] [111] [112] [113] [114] [115]
    Карел Ванек.
    Приключения бравого солдата Швейка в русском плену.



    С бравым солдатом Швейком мы уже знакомы по известному роману Ярослава
    Гашека.
    В этом романе чешский писатель простым, понятным каждому языком, с
    большой дозой крепкого юмора рассказал о том, что происходит за кулисами
    войны.
    Гашек умер, не успев рассказать о дальнейших приключениях Швейка, за это
    взялся другой чешский писатель - Карел Ванек.
    Роман Ванека "Приключения бравого солдата Швейка в русском плену" написан
    на основании личного горького опыта писателя. В главе "На работе" он
    признается читателю; "Я был также в России и жил в плену в так называемой
    пленной рабочей роте..." Роман во многом биографичен.
    Швейк попадает в плен к русским, со свойственной ему невозмутимостью,
    никогда не теряя юмора, стойко переносит все лишения.
    Попадает он в русскую деревню и в Сибирь, в лагерь для военнопленных,
    потом, после окончания войны, опять возвращается в Прагу.
    На русском языке роман Карла Ванека был опубликован в 1928 году тиражом
    всего 5000 экземпляров и с тех пор ни разу не переиздавался. Причины
    становятся понятны, как только начинаешь читать эту книгу, разрушающую
    многие въевшиеся в сознание стереотипы. Сегодня огромен интерес к прошлому
    нашей страны, а особенно к событиям 1917 года. Книга Карла Ванека дает
    возможность посмотреть на Россию тех лет, на события в мире с неожиданной
    точки зрения - глазами австрийского военнопленного, чешского солдата.
    В выходных данных этой книги не случайно отсутствует фамилия переводчика,
    - выполнивший эту работу литератор обозначен в издании 1928 года только
    инициалами - "М. С.". При переиздании сделаны незначительные изменения,
    исправлены проскочившие в первом издании ошибки, устранены неточности в
    обозначении географических названий и написании имен исторических личностей.
    Надеемся, что книга Ванека и сегодня будет читаться с интересом.
    Издательство "Братство"

    ШВЕЙК ИЗУЧАЕТ РУССКИЙ ЯЗЫК
    То обстоятельство, что испуганная корова расторгла связь между бравым
    солдатом Швейком и императором, за которого Швейк воевал, не оказало
    никакого влияния на душевное равновесие солдата.
    Окруженный русскими, шел он в плен навстречу неизвестному так спокойно,
    беззаботно и доверчиво, словно отправился за сосисками к завтраку.
    Его ничуть не удивляло, что идет он от этапа к этапу, что все время
    меняются конвойные, что ведут его все дальше и дальше. Он брал у конвойных
    хлеб, пил их жидкий чай и на вопросы, которых не понимал, отвечал приятной
    улыбкой и нежным, греющим взглядом голубых глаз.
    Ему даже было приятно, что его снова окружали только солдаты, которых он
    постоянно сравнивал со знакомыми из своего батальона.
    Когда какой-то бородач, раньше шедший с ним рядом, съел в деревне целый
    каравай хлеба, запив его четырнадцатью чашками чая, Швейк вспомнил о Балуне
    и почтительно сказал конвойному:
    - У нас тоже был один такой; он поедал столько же, как ты. Звали его
    Балун; не доводишься ли ты ему родственником? У того тоже был желудок, как
    пожарная кишка, и тот перед тобой, русский обжора, не ударил бы лицом в
    грязь! Тот бы тебе, приятель, показал, на что способен австрийский солдат!
    В ответ на эту речь, как и все другие замечания Швейка, солдат покачивал
    одобрительно головой и говорил: "Да-да-да!" или "Хорошо", а Швейк,
    заканчивая разговор, прибавлял со вздохом:
    - Да-да-да, хорошо, да-да-да. Если бы ты, глупец, умел говорить по-чешски
    или по-немецки, я бы тебя понимал. А то бормочешь, а я ни слова не пойму. Эх
    ты, дерьмо!
    Невозможность договориться с русским сильно мучила его. Он вспоминал о
    собраниях в Праге, на которых ораторы говорили, что Чехию спасет русский
    народ и что он принесет ей освобождение. И если бы Швейка спросили теперь,
    что он думает о русских и чехах, он сказал бы:
    - Они говорят хорошо и пиво пьют здорово, все эти депутаты; они ведь
    болтуны и глупы, как ступени на Петринской башне. Никто из них ничего не
    понимает...
    Швейк ничего не боялся, потому что русские солдаты были с ним добры; он
    дружески разговаривал с ними и с интересом смотрел, как они завертывали ноги
    в портянки, пропотевшие в высоких сапогах; портянки эти были большей частью
    из мешков; Швейк узнал уже, что "садись" означало остановку и отдых, а
    "пойдем", "пошел, пошел" было командой к продолжению пути. Он исполнял эти
    два приказания, как хорошо выдрессированная цирковая лошадь.
    Он все думал о том, какой царь у этих солдат, и пытался расспросить,
    называл ли он их в манифесте о войне "мои дорогие солдаты". Но на каждое
    слово, которое он по этому поводу произносил, он получал только: "Да, да!"
    или "Хорошо!" И наконец он сказал сам себе: "Должно быть, они больше ничего
    и не умеют говорить".
    Когда однажды русский солдат вместе с хлебом дал ему кусок сала, папиросу
    и сахару, говоря при этом что-то непонятное, Швейк пришел к окончательному
    заключению насчет русского царя; он положил солдату руку на плечо и сказал:
    - Послушай, ты, бородач, а ваш царь, кажется, порядочный человек?
    И солдат опять на это ответил, как граммофон:
    - Да, да, да, хорошо, хорошо!
    В этот день знания Швейка в русском языке пополнил казак, который вел его
    в штаб дивизии, отдыхавшей в тылу фронта; он осмотрел ранец Швейка, взял
    оттуда последние консервы и, открывая коробку, спросил пленного:
    - У тебя только одна... мать? Ты почему их сожрал? А табак турецкий у
    тебя есть, мать!..
    И Швейк, охваченный радостью, что имеет возможность запомнить часто
    повторяющееся русское выражение, отвечал:
    - Консерва хорошо, турецкий табак да-да, нажрись, вор... мать!

    Страница 1 из 115 Следующая страница

Анекдоты
Избранные
Чернуха!
Эротические
Про голубых
Про Вовочку
Про наркоманов
Про Новых Русских
Армейские
Медицинские
Компьютерные
Про чукчу
Про евреев
Про Чапаева
Про Штирлица
Про студентов
Маразмы
Армейские
Эротические
Детские
Компьютерные
С пейджера
Обои для рабочего стола
(Wallpapers)
Девушки
Бритни Спирс
Властелин колец
Matrix
Звёздные войны
Автомобили
Животные
Авиация
Мистические
Космос


© prikol.pp.ru   Prod. Ltd. Inc., 2001-2017, Russia. Contact us. Online since 2001-11-19. Today 22 July 2017. проститутки саратова Фото анкеты индивидуалок English version.
При использовании материалов с сайта, ссылка на prikol.pp.ru обязательна!